Татьянин день

В школе с первого по четвёртый класс школьники занимаются всегда в одном кабинете и с одной учительницей по всем предметам кроме физкультуры. А в пятом классе происходит резкая смена всего жизненного уклада, по каждому предмету назначается отдельный преподаватель, и кабинет у каждого предмета свой. И если с первого по четвёртый класс у каждого ученика есть привычное место за партой, то в пятом садятся кто как захочет. Но тем не менее по старой привычке пятиклассники садятся с теми, с кем привыкли сидеть, мальчики с мальчиками, девочки с девочками…
В пятом классе, переходя из кабинета в кабинет, мы с моей подругой Оксаной продолжали садиться за одну парту.
В начальных классах мы с ней сидели за одной партой четыре года в среднем ряду то ли на третьей то ли на четвёртой, точно не помню. А в пятом садились уже где придётся, но всегда вместе.

Оксана была самой выдающейся девочкой в классе. Она была невероятно красивой, интересной, талантливой, самой начитанной и успешной ученицей по всем предметам кроме математики. Математика была не в счёт, в нашем классе математические способности вообще никак не почитались. Мы были гуманитариями, и школа наша была гуманитарной. «С изучением ряда предметов на французском языке», так было написано на табличке у входа в здание школы.
Оксана творческая личность, сочиняет стихи, прекрасно рисует, у неё безупречный вкус, вьющиеся волосы, маленькие кисти рук, маленький размер ноги при хорошем, но не слишком большом росте, самый красивый и самый модный по тем временам капроновый кружевной воротничок и манжеты на школьной форме. Этот прелестный воротничок она стирала в игрушечной стиральной машинке, работающей на батарейках.
Она была в Артеке! Никто из нашего класса не был в Артеке, а она была! А как она рисовала! Боже! На стене в нашем классе висела её акварельная работа, изображавшая берег моря и набегающую волну. Волна была именно написана, а не раскрашена, в ней были профессионально смешаны зеленые, изумрудные и голубые цвета, а прибрежная пена была написана смелыми пастозными мазками. Мало того, волна была изображена с учетом линейной и воздушной перспективы. То есть ближний край волны был больше дальнего и волна плавно уменьшалась по мере удаления, а морская даль в области горизонта таяла в светлой голубой дымке. Трудно было поверить, что это детская работа. Возможно ей кто-то помогал из взрослых, возможно это был профессиональный художник, не знаю. Знаю только одно , на своём теперешнем опыте и на опыте преподавания в учебном заведении, что ни один ребёнок и ни один студент, сам по себе не не открывает для себя понятие перспективы, это всегда происходит при помощи учителя или учебника на худой конец. Но тогда я не знала этого и свято верила да и сейчас не сомневаюсь в том, что десятилетняя Оксана сама написала этот пейзаж и никто ей при этом не помогал.
Оксана была прекрасна. Я могу до бесконечности долго описывать ее красоту как внутреннюю так и внешнюю.
Часто, незаметно скашивая в её сторону глаза, я любовалась ее кудряшками на висках, которые не умещались в косу и напросвет казались светящимся золотом. И с этой девочкой я сидела за одной партой! Уверена, даже могу поклясться чем угодно, что мне завидовали абсолютно все.

И вот. С тяжелым сердцем я приступаю к главному сюжету моего рассказа.

25 января 1966 года на втором уроке у нас была география. Первым уроком был кажется русский язык, или что то другое, не помню точно. Потом была перемена. Прозвенел звонок И все дети потянулись в кабинет географии. И я так же как и все ученики захожу в кабинет. Первая парта в правом ряду это наша с Оксаной законная парта, мы уже неоднократно ее занимали, садясь я слева, она справа. Я кладу на парту мой портфель и вижу, что на этой парте уже лежат два портфеля и мой оказывается третьим. Оксана уже сидит, а рядом с ней сидит Таня Боголюбская. И тут
Оксана обратилась ко мне с речью. Она сказала буквально следующее Я запомнила эту фразу на всю жизнь. «Таня, пожалуйста уступи своё место Тане Боголюбской, у неё сегодня именины.»

Оксана, добрая душа, милосердная королева, подарила Тане на именины место рядом с собой.
Я ещё раз напишу эту фразу чтобы вы поняли её потрясающий смысл.
ТАНЯ, пожалуйста уступи своё место ТАНЕ, у НЕЁ сегодня именины.

Невидимая молния сверкнула у меня перед глазами, и никем неслышимый гром потряс всю меня, стоящую перед ними.
Очень тихо, но внятно я сказала им: «меня тоже зовут Таня, и у меня тоже сегодня именины».

Тут они неожиданно поняли, что получилось всё как то не так ловко как было ими задумано, что план оказался неудачным, он сорвался. «Что то пошло не так», как теперь модно говорить, и Таня Боголюбская смиренно, хотя и с недовольным видом забрала свой портфель и пошла на другое место. А я села на своё законное. Но теперь это уже было не просто место за партой, это был подарок и причём чужой. Мне его не дарили. Я жестоко отняла его у именинницы и пользовалась им. Пользовалась им нахально целые сорок пять минут, пока шёл урок географии, но это пользование было пыткой для меня

Нужно ли добавить к этому рассказу то, что с этого момента я больше никогда не садилась с Оксаной за одну парту. В ее жизни этот случай прошёл совершенно незаметно для неё, она его не вспоминала никогда, это было не событие, а так себе, какая-то неинтересная мелочь.

Прошли многие годы, дошло до того, что школьные годы стали вспоминаться с нежным чувством ностальгии, и я при встрече с одним своим одноклассником Колей, который, кстати был когда-то в школьные годы влюблён в Оксану, рассказала ему эту историю так, как она здесь описана. И он начал дико хохотать. Я тоже стала хохотать, все кто был с нами, его жена, другие гости, все стали тоже дико хохотать. Я затем и рассказала, чтобы стало смешно и мне это удалось, я была совершенно счастлива от того что все смеются.
Надо сказать, что у Коли всегда был смешливый характер.
Помнится, наша учительница Анна Александровна говорила: вот Коля все время смеётся. Ему палец покажи, он будет смеяться. Давайте проверим. И показала ему палец. И все засмеялись, а Коля засмеялся громче всех. Мы всем классом хохотали как сумасшедшие, только Анна Александровна не смеялась. Она хотела продолжить урок, но как-то не очень получилось.

Меня давно мучает один вопрос: почему мы часто смеёмся над грустными вещами? Почему смеёмся над тургеневской Муму, почему Чехов свою «Чайку» назвал комедией? Не понимаю. Но ведь на самом деле смешно, это я вам без шуток говорю. Вот попробуйте кому нибудь сказать «Муму». Люди сразу же начинают ржать. Правда если сказать «Чайка», то ржать не будут. Потому что не знают, что это комедия. Это Чехов знал и наверное ржал над своими несчастными персонажами. Но это я так просто к примеру привела, что первое вспомнилось.